Вентиль:

Размышляла  мисс  Фкус  из  Гринвилса
Про  поклонника,  Алана  Милса:
Хам,  подлец  и  злодей,
Прохиндей.  Ну  скорей,
Ну  скорее  на  мне  бы  женился.

Чукигекъ™:

Три  плача  по  женской  логике,  а  также  некое 
МОРАЛИТЭ, 
магистра  Чукигека™,  извлекателя  квинтэссенцый. 

Плач  первый
У  любимой  моей,  вот  беда,
Аргументы  готовы  всегда,
Ей  в  логических  спорах
Служат  верной  опорой,
Веник,  скалка,  да  сковорода.

  Плач  второй
Я  всегда  был  логичен,  и  что  ж?
Спорил  с  милой    за  ломаный  грош,
Был  я  логикой  бит,
Долго  плакал  навзрыд,
Против  логики,  брат,  не  попрёшь!

Плач  заключительный
В  темноте,  в  исступленьи,  подружке,
Я  шептал  что-то  нежно  на  ушко,
Но  когда  ей  потом
Повторил  это  днём
Враз  распухла  щека  как  подушка.

Моралитэ
Главный  в  логике  женской  секрет  - 
Убедить  нас,  что  логики  нет,
И  под  этот  напев
Нами  выбранных  дев
Дружно  плачем  мы  тысячи  лет!

Вентиль:

Дуэльная  -  застольная.
(умеренно,  с  чувством)

В  года  застоя  и  дефицита  сыра
Когда  мы  лбами  проклюнули  в  жизнь  окно
И  в  мир  вступали,  пред  нами  картина  мира
Вставала  сеансом,  типичным  сеансом    кино

Припев: 
В  котором  мы:  начинающие  ковбои
Будем  гореть  и  сверкать,  как  метеоры  в  ночи
И  девушки  нам  будут  сдаваться  без  боя
И  судьба  от  машины-квартиры-дачи  и  счастья  вручит 
ключи.

***

Теперь  прояснилось  (лет    без  чего-то  за  тридцать),
Которые    мы  на  работу  летали  с  утра
Кина  не  будет.  Да-да.  Сеанс  не  состоится,
Вокруг  просто  жизнь,  где  завтра  копия    позавчера.

В  которой  у  нас,  науч.  сотрудников  и  клерков,
Мигрень,  телевизор,  прогулка  с  собакой,  жена  у  плиты,
Диван,  КомерсантЪ,  трико  с  пузырями  на  каждой  коленке,
И  секс  в  большом  городе,  богатые  плачут,  таксистка, 
бригада  и  с  нею  менты.

***

Но  вот  же  бывает,  нас  что-то  выводит  из  транса
И  собирает  всех  вместе  –  возможно,  что  это  турнир.
И  видим  мы:  нет,  еще  лишь  начало  сеанса,
А  кинотеатр  соседствует  с  цирком  и  зовется  «Мир».

Припев: 
(В  котором  мы:  начинающие  ковбои
Будем  гореть  и  сверкать,  как  метеоры  в  ночи
И  девушки  нам  будут  сдаваться  без  боя
И  судьба  от  машины-квартиры-дачи  и  счастья  вручит 
ключи.)

Чукигекъ™:

                            ЗА  ВСТРЕЧУ-FUNKIE   
 
[Dm]Когда-то  ты  был  молод,  [A#]лет  двадцать  пять  назад,
[Dm]Был  целый  мир,  казалось,  [F]  тебе  открыт  [C]и  рад 
[Dm]Друзья  тебя  любили,  [Gm]и  ты  друзей  любил,
[A#]И  первый  тост  "за  [A]встречу"  с  ними[Dm]  пил. 

[Dm]Потом  всё  изменилось,  -  [A#]семья,  портфель,  живот,
[Dm]Всё  реже  стали  встречи,  [F]кто  колется,    кто  [C]
пьёт,
[Dm]Один  срубает  бабки,  [Gm]  второй  снимает  баб,
[A#]А  третий  сдох,  -  [A]бедняга  был  так  [Dm]слаб!

[Dm]Теперь  ты  стал  циничен,  но  ты  ж  не  виноват,
[Dm]Вся    наша    жизнь  такая,  ну  прямо  сущий  ад… 
[Dm]Ты  думаешь,  -  глупцом  был,  лет  [Gm]двадцать  пять 
назад,
[A#]И  с  наслажденьем  [A]топишь  всех  [Dm]подряд.

[Dm]Вот  подрастает  смена,  [A#]растёт,  растёт  сынок,
[Dm]Возьмёт  от  жизни  мальчик,  [F]  все  то,  что  ты  [C]не 
смог,
[Dm]Но  с  детства  малолетка  [Gm]  обязан  уяснить,
[A#]За  что  попало  [A]с  кем  попало  [Dm]пить  – 
[A7]Нельзя!!!

[Dm]Пройдёт  ещё  лет  двадцать,  [A#]а  может,  тридцать 
лет,
[Dm]Возьмёшь  билет  на  поезд,  [F]в  один  конец  [C]билет,
[Dm]Тебя  тепло  там  встретят,  [Gm]тебе  поджарят  хвост,
[A#]Чертям  «за  встречу»  [A]ты  скажи  свой  [Dm]тост!

Вентиль:

На  заднем  плане  сцены    табло  с  постоянно  меняющимися 
надписями  и  счетом.
На  переднем  плане  мяч,  над  ним  большая  ракетка  в 
которую  он  время  от  времени  бьется  головой.

От  салочек  на  асфальте    двора
До  старческого  лото
Вся  наша  жизнь  сплошная  игра
И  один  у  нее  итог

Проста  спортивная  карьера:
Юниор  –  призер  –  и  в  клячи
Сампраса  уже  сменил  Ферера
Но  ничто  не  заменит  мяч.

(бьется  головой  в  ракетку)

А  мне  все  лупит  в  голову
Младое  поколение
У  них  ракетки  новые
а  у  меня  давление

***

Здесь,  помню,    бегал  лохматый  Борг,
А  ныне  стриженный  Хьюит
И  только  корт,  как  прежде  корт
И  ветер  как  дул  так  и  дует.


Девиз  не  подвержен  переменам:
>  Успей,  добеги  и  ударь
>  Вся  жизнь  игра,  но  вы  в  ней  спортсмены
>  А  я  в  ней  –  инвентарь.

(бьется  головой  в  ракетку)

Я  помню  Макинрой 
Мне  от  души  по  темени
И  них  игра,  как  бой
А  у  меня  давление

>  ***

Но  и  ты  на  мяч  похож  слегка,
Не  будешь  спорить  ведь
Надо  под  зад  получить  пинка
Чтоб  в  жизни  повыше  взлететь.

Билеты  на  корт  покупать?  –  Мура!
(Тем  паче  такие  цены…)
Ведь  жизнь  сама  по  себе  игра
И  все  мы  в  ней  спортсмены

Бется  головой  в  ракетку

Чукигекъ™:

Задание  третьего  тура  дуэли 
Монолог  теннисного  мячика, 
волею  Капитана  Кунга  оказавшегося  действующим  лицом 
пьесы  «Вся  жизнь  –  игра!» 

Я  был  рождён,  чтобы  блистать  на  корте, 
Летать  стрелой  под  звонкий  стук  ракеток, 
Но  жизнь  –  игра,  игра  дурного  сорта, 
Игра,  в  которой  слишком  много  сеток. 
… 
Всё  началось  с  какой-то  грымзы  драной. 
Страдала  аллергией  к  каучуку. 
Пришла  на  берег  Яузы  и  спьяну 
Меня  в  речушку  зашвырнула,  сука! 
Её  папаша,  конченый  мудила, 
Не  смог  дочурку  воспитать,  бездельник. 
Она  потом  на  берегу  скулила  – 
Опять  на  водку  не  хватало  денег. 
Я  плавал  долго  поперёк  прибоя, 
Среди  бычков,  дерьма  и  прочей  шняги, 
Уже  почти  совсем  был  смыт  волною, 
Но  оказался  в  пасти  у  дворняги. 
Её  хозяин  вывел  освежиться 
(Дворнягу,  видно,  блохи  одолели), 
Забыл,  убогий,  Яуза  –  не  Ницца, 
Вот  так  и  был  я  извлечён  на  берег. 
Над  Яузой  неслись  рулады  дуры, 
Хозяин  псины,  режиссёр  Гаврилин. 
Мгновенно  оценил  её  фактуру, 
Дав  роль  звезды  в  каком-то  водевиле. 
Гаврилин,  педераст  и  алкоголик, 
Известен  был,  как  автор  трёх  романов, 
А  также  театральных  постановок 
Их  жизни  шлюх,  бомжей  и  наркоманов. 
Окрестность  огласив  последней  трелью, 
Немедля  согласилась  шалашовка. 
Она  мечтала  стать  фотомоделью 
И  в  мюзиклах  плясать  на  подтанцовках. 
Гаврилин  клал  меня  перед  собою, 
Поглаживал,  шептал:  «Ах,  бедный  Йорик!» 
Но  как-то  раз,  осеннею  порою, 
Его  стащили  в  Кащенку  на  «скорой». 
А  я  теперь,  как  реквизит,  на  сцене, 
Собой  изображаю  горку  фруктов. 
Не  то,  чтоб  стал  принадлежать  богеме  – 
Всегда  в  театрах  дефицит  продуктов. 
… 
Вот-вот  отдёрнут  грязную  завесу, 
И  мы  с  шалавой  вам  сыграем  пьесу! 
А  тем,  кто  не  втыкает  нихера, 
Я  повторю:  «Вся  наша  жизнь  –  ИГРА!»